Специальный доклад подготовлен в соответствии с пунктом 2 статьи 33 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" и направлен в Государственную Думу Российской Федерации.
В докладе "О деятельности Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации за 2001 год" впервые появился специальный раздел, посвященный вопросам защиты жертв преступлений и террористических актов. Тогда еще не был совершен один из самых чудовищных по своей циничности террористических актов - взрыв 9 мая - в День Победы - в городе Буйнакске. Террористы превратили этот день не только в день памяти и скорби по погибшим в годы Великой Отечественной войны, но и по тем невинным жертвам, которые пали от их рук на месте взрыва. Преступники не пожалели ни детей, ни женщин, ни стариков, ни молодых солдат. Они надругались над светлой памятью народа о погибших в самой страшной войне ХХ века.
Продолжают греметь взрывы и выстрелы. Гибнут и получают увечья люди, теряют свое имущество и кров, являясь невинными жертвами в этой необъявленной войне. Дерзкий захват заложников чеченскими террористами 23 октября 2002 года в Москве потряс общественность, как в России, так и за рубежом. Трагические события в театральном центре на Дубровке, оставили неизгладимый след в жизни многих и многих людей. Сто двадцать девять заложников погибло во время операции по их освобождению, в московских клиниках проходили лечение более шестисот человек. Таков трагический итог этой драмы. А скольким людям, чьи родные и близкие стали жертвами этого бесчеловечного преступления, да и другим, кто переживал в эти дни за судьбу невинных, нанесена огромная психологическая травма, которая навсегда останется в их душе.
Государство обязано сделать все возможное, чтобы предупредить несчастье, остановить кровавую руку убийцы, бандита и террориста. Оно обязано в полной мере реализовывать гарантии неприкосновенности личности и собственности, защитить жизнь, здоровье и достоинство граждан в строгом соответствии с Конституцией Российской Федерации.
Однако реальная жизнь свидетельствует об обратном. В настоящее время государство силами правоохранительных органов не в состоянии изменить криминальную ситуацию в стране. Преступность в России перешагнула трехмиллионный рубеж, ежегодно более двух миллионов сограждан становятся жертвами преступников. Если же учесть результаты социологических исследований скрытой преступности, то выясняется, что по тем или иным причинам многие граждане не обращаются в правоохранительные органы с заявлениями о совершенных в отношении них преступлениях. В силу этого реальное число потерпевших окажется значительно больше. Что удерживает жертву преступления от обращения в правоохранительные органы? Это в значительной мере утраченное доверие людей к существующей правоохранительной системе, сомнение в ее способности найти и покарать преступника, обеспечить необходимую физическую и правовую защиту жертве преступления.
В этих условиях особую важность приобретает деятельность по защите прав потерпевших от преступлений и террористических актов, направленная на оказание юридической, материальной, моральной, социально-психологической, медицинской и иной помощи и поддержки.
Ранее, в докладах о деятельности Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации за 1998, 1999, 2000 год, значительное внимание уделялось защите прав осужденных - своеобразному антиподу жертвы преступления. Этому же был посвящен и специальный доклад "О нарушениях прав граждан сотрудниками Министерства внутренних дел Российской Федерации и уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации" от 15 октября 2000 года. Это вполне обосновано, так как нарушений прав осужденных в местах лишения свободы много, да и приговоры часто бывают чрезмерно строги. Обращение к проблематике защиты жертв преступлений, как не парадоксально, в определенном смысле подтвердило этот вывод. При несовершенной системе возмещения ущерба потерпевшему от преступления, по сложившейся уголовной политике единственным средством восстановления справедливости является более жесткое наказание преступника.
Защита жертв преступлений всегда находилась в фокусе социального внимания общества. Одной из конкретных форм проявления правовой защищенности жертв преступлений является возмещение им ущерба, причиненного преступлениями. Именно в этом качестве обоснованность и необходимость возмещения ущерба всегда соответствовали в общественном сознании граждан представлению о социальной справедливости.
Следует отметить немаловажное значение в вопросе защиты жертв преступлений обеспечение их безопасности в ходе уголовного правосудия.
В России действует ряд мощных криминогенных факторов, обусловливающих рост преступности в стране и увеличение числа потерпевших от преступлений. Мы каждый день являемся свидетелями все большего распространения чуждых российским духовных идеалов и непривычных для нас норм поведения, моральных и нравственных ориентиров - насилия, жестокости, алчности, стяжательства и равнодушия. Усиливается правовой нигилизм. Разрастаются этнические и религиозные конфликты, множатся проявления экстремизма и политической нетерпимости в обществе. Крайне медленно повышается жизненный уровень населения, наблюдается резкое имущественное разделение, продолжается процесс высвобождения из сферы общественного производства большого числа людей трудоспособного возраста, значительная часть которых может служить "резервом" преступной среды.
"Парламентская газета" в своей публикации (№ 167 от 05.09.2002г.) приводит печальную картину российской действительности: 20 миллионов алкоголиков, более 2 миллионов наркоманов, около 700 тысяч ВИЧ-инфицированных.
В развитых государствах за чертой бедности проживает в среднем менее 10% населения. В России же по данным официальной статистики более 35% граждан находится за этой чертой. По оценкам независимых экспертов этот показатель значительно больше. Нищета же является одной из главных причин преступности. Негативный социально-психологический и нравственный климат, упадок духовных ценностей, все это вовлекает значительную часть граждан в противоправные отношения.
В 2002 г. общее количество зарегистрированных в нашей стране пре-ступлений составило 2 миллиона 526 тыс. В 2001 г. их было 2 миллиона 968 тыс. За прошедший год совершено более 32 тысяч убийств и поку-шений на убийство. В результате совершенных преступлений за 2002 год отмечено 58,5 тыс. фактов умышленного причинения тяжкого вреда здо-ровью, из них 20,0 тыс. повлекших смерть потерпевших. В 2002 году за-регистрировано 404 факта бандитизма (в 2001 г. - 465), 1,5 тыс. случаев похищения людей. За предыдущий год этот показатель равнялся 1,4 тыс. Из общего числа преступлений, совершенных в 2002 г., более половины отнесено к тяжким и особо тяжким. Вместе с тем продолжает оставаться невысокой раскрываемость этих преступлений (43,7%). В 2002 году заре-гистрировано 229 тысяч преступлений, причинивших крупный материальный ущерб (снижение по сравнению с 2001 г. на 23,9%). Раскрываемость же их составила только 76,2%. В 2002 году совершено 360 актов терроризма, за 2001 г. их было 327. (Государственный комитет РФ по статистике, /Социально-экономическое положение России, ХII. 2002 г.).
Только в 2001 г. более чем в три раза по сравнению с 1998 годом выросла сумма материального ущерба от совершенных преступлений. Она составляет свыше 58 млрд. рублей. (Государственный комитет РФ по статистике, /Социально-экономическое положение России, ХII. 2001 г.).
По мнению специалистов, влияние негативных социальных факторов на сферу общественных отношений приобрело более выраженный системный характер. Предварительные основные показатели вариантов прогноза до 2003 г. и на перспективу позволяют ожидать увеличение таких видов преступлений, как грабежи, разбои и кражи. Количество криминальных посягательств на жизнь и здоровье человека будет увеличиваться: прирост числа умышленных убийств в 2003 г. составит не менее 7,9%, умышленных причинений тяжкого вреда здоровью 7,8% (Криминогенная ситуация в Российской Федерации в начале ХХI века /Под общ. ред. проф. В.Я. Кикотя, М. ВНИИ МВД России. 2001. - С. 70-72).
По данным МВД и Генеральной прокуратуры, количество потерпевших по уголовным делам, из года в год увеличивается. Если в 1997 г. их было 1,7 млн. человек, то в 2001 году - более 2 миллионов человек. Если же учесть близких родственников пострадавших, их иждивенцев, то количество жертв преступлений составит более 10 млн. человек. Независимые эксперты полагают, что только в 2001 году более 38 миллионов россиян, или каждый четвертый, пострадали тем или иным образом от уголовных посягательств ("Аргументы и факты", № 1-2 (1158-1159) от 09.01.2003г. "Вчера рэкет, сегодня - компромат", Беседа с председателем Комитета Государственной Думы по безопасности А.И. Гуровым). Вместе с тем, в счет обеспечения возмещения материального ущерба за восемь месяцев 2001 года наложен арест на имущество стоимостью лишь около 4,2 млрд. рублей. Изъято имущества, денег, ценностей и добровольно погашено ущерба лишь на сумму 2,3 млрд. рублей. Приведенные цифры говорят о том, что на протяжении последних лет суммы ущерба причиненного преступной деятельностью существенно превышают суммы, изъятые для его возмещения. Очевидно, что полученные средства не смогут в полной мере компенсировать даже десятой части нанесенного преступлениями вреда.
Следует отметить и то обстоятельство, что после совершения преступления, чаще всего внимание общественности сосредоточивается на преступнике. Вместе с тем о жертве и ее близких, которым в результате преступления причиняется вред, забывают. Общество занимает в отношении потерпевшего различные позиции - сожаление, недоверие, а подчас и злорадство. Лица из ближайшего окружения потерпевшего нередко стараются избегать общения с ним. Иногда потерпевший сталкивается с открытой агрессивностью по отношению к себе. Прибегая к его помощи, органы уголовного преследования решают главным образом свои служебные задачи. Не учитывается то, что после преступления жертва находится в состоянии острых психических и социальных переживаний и потому нуждается в повышенном внимании и заботе. Ставя вопрос о конституционных правах обвиняемых и осужденных преступников, мало кто говорит о нарушении конституционных прав жертвы преступлений.
Самый серьезный вред наносится жертвам насильственных преступлений и проявляется в психическом, социальном и моральном плане. Жертвы грабежа, разбойного нападения, изнасилования, похищения, захвата в качестве заложников переживают очень глубокий психический шок. При первом осознании понесенного ущерба у жертвы преступления наблюдаются симптомы, обнаруживаемые у людей, которым приходится столкнуться с неожиданной и тяжелой в моральном отношении потерей. У потерпевших развиваются апатия, депрессия, упадок духа, случаются приступы гнева. Исчезает уважение к себе, обостряется чувство ранимости, теряется доверие к окружающим.
После раскрытия преступления и осуждения преступника правоохранительные органы перестают интересоваться состоянием и судьбой жертвы, поскольку основным критерием оценки их деятельности является раскрытие преступления, розыск и наказание преступника. Жертва преступления остается наедине со своим несчастьем, что нередко приводит к трагедии.
На фоне роста преступности и снижения эффективности правоохранительной деятельности формируется практика внеправового реагирования граждан на преступность. Она включает:
- спонтанную расправу с конкретными преступниками, в том числе путем совершения ответных преступлений;
- создание не основанных на законе обычаев и стандартов реагирования на преступления и возмещения материального и иного вреда;
- формирование системы теневой, в том числе и криминальной юстиции.
Одним из показателей внеправового реагирования на преступные действия является скрытая преступность. Социологические опросы свидетельствуют, что значительная часть граждан, пострадавших от преступлений, не обращается за помощью в милицию, хотя до 30% взрослого населения ежегодно подвергается преступным посягательствам. Опросы показывают, что только 20% граждан считает себя в той или иной мере защищенными со стороны милиции от преступников. Более 60% не ощущают эту защищенность в достаточной мере, треть из них отмечает, что милиция не защищает их вовсе. В массовом сознании существует устойчивый стереотип "личной незащищенности" от одной из наиболее значительных социальных опасностей - криминальной. Доля граждан, подвергшихся преступным посягательствам, но не обратившихся за помощью в милицию, на протяжении последних трех лет продолжает оставаться неизменной, в интервале 44-45%. Основной мотив не обращения в милицию - неверие в реальную помощь - отмечает 38% пострадавших от преступлений граждан. Факты бездушия, волокиты и недобросовестного отношения к возложенным обязанностям со стороны работников правоохранительных органов подтверждают это.
Так, гражданка М. с 1998 года неоднократно обращалась в правоохранительные органы Ворошиловского района г. Волгограда и Волгоградской области с заявлениями о совершении мошеннических действий фирмой, с которой она заключила договор на покупку дома. Несмотря на очевидность обмана, в результате которого заявительница и двое ее малолетних детей оказалась без жилья, уголовное дело не было своевременно возбуждено. В результате материал проверки оказался утраченным и только после вмешательства Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Волгоградской областной прокуратурой было возбуждено уголовное дело. Однако до настоящего времени лица, присвоившие деньги М., не установлены, а уголовное дело приостановлено производством (вх. № М-979).
В адрес Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации поступила жалоба Ш. на необоснованный отказ отдела внутренних дел района "Ярославский" г. Москвы в возбуждении уголовного дела в отношении ее бывшего мужа, Т., систематически издевающегося над ней и малолетним ребенком. По ходатайству Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации прокуратурой столицы жалоба была рассмотрена. Доводы заявительницы признаны обоснованными, в отношении Т. возбуждено уголовное дело по ч. 1ст. 117 УК РФ (истязание), которое направлено в Бабушкинскую межрайонную прокуратуру для организации предварительного расследования (вх. № Ш-29).
Аналогичная проблема вызывает озабоченность и беспокойство Уполномоченных по правам человека в субъектах Российской Федерации.
Так, Уполномоченный по правам человека в Ставропольском крае Селюков А.И. в своем докладе за 2002 г. приводит пример равнодушия и недобросовестного отношения к своим обязанностям сотрудников милиции. В декабре 2002 г. в отдел внутренних дел Промышленного района г. Ставрополя обратилась мать гражданина К. Ее сын, студент 4 курса, накануне вечером с друзьями ушел в кафе и больше домой не возвратился. С друзьями он расстался тем же вечером недалеко от дома. Обращаясь на следующий день в милицию, мать высказала опасения за жизнь сына, и привела в подтверждение убедительные аргументы. Однако, не проведя необходимых оперативно-следственных действий, работники милиции в возбуждении уголовного дела отказали за отсутствием события преступления.
Только после обращения к прокурору Промышленного района г. Ставрополя это незаконное постановление было отменено и возбуждено уголовное дело.
Отмечаются факты, когда некоторые судьи, вопреки требованиям процессуального закона, затягивают сроки вступления судебных актов в силу чтобы отсрочить рассмотрение жалобы на их решение или приговор в кассационной коллегии.
На студента Ставропольского университета К. было совершено разбойное нападение, в результате которого был нанесен тяжкий вред его здоровью. Преступники были арестованы и преданы суду. В ходе следствия и нахождения дела в суде делались попытки со стороны обвиняемых повлиять на потерпевшего с целью изменения им своих показаний, о чем сообщалось суду.
В июне 2002 г. суд Промышленного района г. Ставрополя вынес приговор, которым освободил обвиняемых из-под стражи и назначил им условную меру наказания. Потерпевший К. обжаловал приговор, а прокурор принес на него протест. Однако, судья ушла в отпуск, не передав дело и жалобу в кассационную инстанцию. И только в сентябре 2002 г., после содействия Уполномоченного по правам человека в Ставропольском крае, дело было передано в кассационную инстанцию (Доклад Уполномоченного по правам человека в Ставропольском крае за 2002 год. ст. 24, 29.).
Другая проблема - это неудовлетворенность значительной части граждан мерами, принятыми по поводу их обращения в органы внутренних дел. Около 50% заявителей не удовлетворены практическими результатами своего обращения.
Житель города Сергиева-Посада Московской области К. направил Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации жалобу на действия работников органов внутренних дел в связи с его незаконным задержанием по подозрению в причастности к избиению гражданина В. Потерпевший не указал на К. как на лицо, совершившего в отношении него хулиганские действия. Работники милиции без достаточных оснований посчитали, что указанное преступление мог совершить К., поскольку тот недавно освободился из мест лишения свободы. В связи с этим сотрудники милиции примерно в 24 часа, придя в коммунальную квартиру, по месту жительства К., доставили его в Сергиево-Посадское УВД, провели личный досмотр и незаконно водворили в помещение для временно задержанных (вх. № К-1584).
Жалоба К. была направлена Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации для проведения проверки прокурору г. Сергиев-Пасад. Проверкой установлено, что факты, изложенные К., действительно имели место. За допущенные нарушения законности, выразившиеся в необъективности и поспешности при принятии решения о причастности К. к совершенному преступлению, виновные привлечены к дисциплинарной ответственности.
Следующий пример так же не является исключительным.
К Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации обратился гражданин Б. с жалобой на непринятие соответствующих мер сотрудниками УВД г. Белово Кемеровской области по его заявлениям об избиении и хищении у него денег неустановленными лицами.
По настоянию Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по данному факту было отменено областной прокуратурой и дело направлено прокурору г. Белово для организации дополнительного расследования (вх. № Б-555).
Не менее важная причина нарушения прав потерпевших - наличие фактов злоупотреблений сотрудниками правоохранительных органов служебным положением, сопряженным с оказанием давления на заявителей. Опросы показывают, что каждому десятому гражданину, неудовлетворенному обращением в милицию, "советовали забрать заявление, изменить показания", и (или) "угрожали нежелательными последствиями", и (или) "приняли незаконное решение", и (или) "проявляли грубое, неуважительное отношение".
К Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации обратилась гражданка Г. с жалобой на отказ прокуратуры г. Тимашевска Краснодарского края в возбуждении уголовного дела по факту насильственной смерти ее сына (вх. № Г-545).
Заявительница указывала, что обстоятельства причинения тяжкого вреда здоровью сына не были выяснены в полном объеме, осталась непроверенной версия о возможном задержании сына сотрудниками милиции и избиения ими.
В результате действий Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено как необоснованное. Материал направлен для проведения дополнительной проверки прокурору Тимашевского района.
В апреле 2002 года трое подростков Ш., Т., М. были доставлены в 2-е городское отделение милиции Советского РУВД г. Н.Новгорода по подозрению в краже из автомашины. По возвращению домой они пожаловались на избиение их работниками милиции. У всех троих имелись повреждения, зафиксированные в травмпункте. Родители подростков обратились с жалобой в районную прокуратуру. Однако в возбуждении уголовного дела дважды было отказано за отсутствием состава преступления в действиях работников милиции. По ходатайству Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации заместителем прокурора Нижегородской области решение, ранее принятое районной прокуратурой, отменено и возбуждено уголовное дело по факту превышения работниками милиции должностных полномочий с применением насилия (вх. № Ш-372).
Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации в своих обращениях и докладах неоднократно заявлял о необходимости введения новой системы оценки результативности деятельности правоохранительных органов, в первую очередь органов министерства внутренних дел. Начиная с 1997 года специалистами МВД России разрабатывается новая система оценки деятельности органов внутренних дел, ориентированная на мнение граждан. О желании изменить систему оценки заявил на прошедшем 12 марта 2003 г. координационном совещании правоохранительных органов и Министр внутренних дел России Б. В. Грызлов. Однако до настоящего времени существенных сдвигов в реализации этого проекта не отмечено. В министерстве продолжают действовать критерии оценки деятельности подразделений и служб, ориентированные на формальные количественные показатели преступности, не дающие, сколько ни будь ясного, представления о выполнении ими главной функции по соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина, определенной Конституцией нашего государства.
В первую очередь, необходимо добиться оперативного реагирования органов внутренних дел на все обращения граждан, особенно на заявления и сообщения о преступлениях. При этом увеличение количества регистрируемых преступлений не должно являться отрицательным показателем в работе. Крайне негативная оценка должна даваться любым попыткам работников органов внутренних дел уклониться от регистрации сообщений о преступлениях.
К Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации обратился гражданин Ю. с жалобой на отказ Вахитовского районного управления внутренних дел г. Казани в возбуждении уголовного дела по факту вымогательства у него денег неустановленными лицами, а также бездействие правоохранительных органов в связи с причинением заявителю телесных повреждений двумя неизвестными одетыми в форму сотрудников милиции. По ходатайству Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации прокуратурой Республики Татарстан проведена проверка сведений, изложенных в жалобе. В ходе проверки выявлены грубые нарушения требований УПК РФ и волокиты при рассмотрении заявлений Ю., что явилось основанием для укрытия преступления. В связи с этим прокурором Вахитовского района внесено представление в адрес начальника РУВД, в котором поставлен вопрос о привлечении к строгой дисциплинарной ответственности за недобросовестное отношение к служебным обязанностям сотрудника отдела уголовного розыска Вахитовского РУВД, проводившего проверку по жалобам заявителя. По указанным фактам возбуждены уголовные дела.
Однако в дальнейшем предварительное следствие по обоим делам было приостановлено в связи с неустановлением лиц, совершивших преступление.
Согласно дополнительной информации, поступившей 29.11.2002 г из прокуратуры республики, после проверки материалов указанных уголовных дел решения об их приостановлении признаны необоснованными и отменены прокуратурой Вахитовского района г. Казани. Уголовные дела направлены для производства дополнительного расследования (вх. № Ю-42).
Однако, волокита, выражающаяся в неактивном сборе доказательств по таким заявлениям, отказах в возбуждении уголовного дела, затем неоднократных приостановлениях производств по ним, приводит к утрате доказательственной базы и зачастую делает невозможным принятие должных мер реагирования.
В системе оценки работы правоохранительных органов важно присутствие раздела показателей профилактики, предотвращения и предупреждения тяжких преступлений против личности. С этой целью особое внимание необходимо уделить выявлению преступлений, принятие мер по которым может предупредить более тяжкие для потерпевшего последствия. В системе оценки результативности милиции нужны показатели, которые бы стимулировали работников на обеспечение сохранности имущества населения, расширения их деятельности, направленной на охрану квартир граждан, на возмещение причиненного материального ущерба, защиту потерпевших.
В систему оценки необходимо включить показатели общественного мнения населения о деятельности милиции, что позволит, с одной стороны, объективно оценивать эффективность деятельности органов внутренних дел, с другой, более объективно представлять нужды и потребности населения, возникающие в связи с процессом криминализации общества.
Вместе с тем, важнейшим показателем должно стать исключение случаев нарушений прав граждан, в том числе рукоприкладства, применения пыток, недозволенных методов ведения следствия, которые по-прежнему имеют место в работе милиции.
За помощью к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации с жалобой на действия работников 5-го Белобережного отделения милиции г. Брянска, применивших в отношении ее брата Ш. недозволенные методы воздействия, обратилась гражданка Б. Прокуратурой области постановление прокуратуры Фокинского района г. Брянска об отказе в возбуждении уголовного дела по данному факту за отсутствием состава преступления было отменено, как необоснованное и возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст.286 УК РФ (превышение должностных полномочий) (вх. № Ш-34).
С жалобой аналогичного характера к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации обратился гражданин С. Заявитель выражал несогласие с постановлением Коломенской городской прокуратуры об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников милиции Колычевского городского отдела милиции, применивших к нему недозволенные методы воздействия в ходе предварительного следствия. После проведения проверки прокуратурой Московской области данное решение было отменено и возбуждено уголовное дело по п. "а" ч. 3 ст.286 УК РФ. (вх. № С-1177).
Заявитель Д. прислал телеграмму в адрес Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, в которой сообщил о неправомерных действиях сотрудников 28-го отдела милиции Центрального районного управления внутренних дел г. Санкт-Петербурга. Он указал, что четверо работников милиции в форме без законных оснований пытались проникнуть в одну из комнат коммунальной квартиры, закрепленных за его семьей, а затем насильно, без объяснения причин, невзирая на болезненное состояние его жены - инвалида 2 группы, доставили их в отдел милиции. Поместив жену в холодную камеру, сотрудники милиции подвергли ее издевательствам и на длительное время оставили там без необходимой медицинской помощи.
По ходатайству Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации и результатам проведенной прокуратурой Санкт-Петербурга проверки решение прокуратуры Центрального района об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием в действиях сотрудников милиции состава преступления отменено. В отношении заместителя начальника 28 отдела милиции Центрального РУВД возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий), которое направлено прокурору Центрального района для предварительного расследствия (вх. № Д-462).
Рост числа беженцев, пенсионеров, инвалидов, психически больных, безнадзорных детей, являющихся наименее защищенной частью населения, неизбежно приводит к увеличению совершения в отношении них насильственных и корыстных преступлений. Сама социальная незащищенность этих лиц является фактором, провоцирующим преступления в отношении них.
Частные предприниматели также составляют значительную группу риска. Отсутствие уверенности в благоприятном развитии экономических реформ, стабильности экономической политики государства, а также тяжесть налогового бремени и правовая незащищенность заставляет их зачастую действовать на грани нарушения закона. Обладая при этом крупными материальными ценностями, некоторые из них привлекают к себе внимание преступного мира и становятся жертвами убийств (в том числе заказных), разбойных нападений, вымогательств, захвата заложников.
Средства массовой информации оказывают немаловажное положительное влияние на формирования правового сознания общества. Настойчивая позиция средств массовой информации не единожды помогала торжеству справедливости, способствовала восстановлению законных прав и интересов граждан, в том числе и потерпевших от преступления. Вместе с тем имеют место существенные недостатки в информационном освещении преступности. Стремление "подать на стол" читателяю, зрителю или слушателю без достаточной проверки и согласия потерпевших сенсационные факты, нередко приводит к нежелательным последствиям, травмирует и без того страдающих потерпевших. Все это не способствует воспитанию у граждан правовой культуры, желания отстаивать свои права законными методами. Хотя эти проблемы и обусловлены трудностями становления и развития независимых СМИ в демократическом обществе, необходим постоянный диалог властных и правоохранительных структур с представителями средств массовой информации, поиск взаимоприемлемых решений на основе баланса интересов личности и государства.
Рост преступности, ее организованных форм, распространение терроризма, незащищенность жертв, принявшие угрожающие масштабы во многих странах, вызывает справедливое беспокойство мировой общественности. Необходимость международного сотрудничества в этой области проявляется по мере развития как экономических, так и политических связей между государствами. Не редко внутригосударственные проблемы, возникающие в связи с выплатами компенсации потерпевшим за нанесенный им преступлением ущерб, перерастают в международные. Для их решения все чаще созываются международные конференции. Принимаются международные конвенции, например, Европейская Конвенция о возмещении ущерба жертвам насильственных преступлений от 24 ноября 1983 г. Важные положения о праве каждого человека на "эффективное восстановление в правах" содержатся в ст. 8 Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948г., Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г., в ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. и целом ряде других международно-правовых документов, предоставляющих дополнительные гарантии защиты прав жертвам преступлений и террористических актов. Интерес с этой точки зрения представляют решения XI Конгресса Международной ассоциации уголовного права (МАУП), на котором были впервые сформулированы исходные положения и общие принципы возмещения ущерба потерпевшим от преступлений. В решениях Конгресса отмечалось, что возмещению ущерба могли бы способствовать:
а) возложение обязанностей на виновного по возмещению убытков как предпосылка условного прекращения уголовного преследования или условного прекращения исполнения приговора (с учетом материального положения обвиняемого);
б) учет полного или частичного возмещения вреда при определении меры наказания.
Значительное внимание рассматриваемой проблеме было уделено на V Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Женева, 1-12 сентября 1975 года). В заключительном документе Конгресса указывалось, что "...символическое возмещение ущерба вряд ли сможет хотя бы частично компенсировать боль и страдания, перенесенные потерпевшими и их семьями, в особенности при отсутствии сочувствия и заботы со стороны общества".
Одним из ключевых документов международного права, затрагивающим актуальные проблемы защиты жертв преступлений, является Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью, принятая 29 ноября 1985 года Генеральной Ассамблеей ООН. Согласно этому документу "под термином "жертва " понимаются лица, которым индивидуально или коллективно был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действия или бездействия, нарушающего действующие национальные уголовные законы государств - членов, включая законы, запрещающие преступное злоупотребление властью".
Декларацию можно отнести к документом исключительной гуманности по отношению к жертвам преступлений. Одно из положений первого раздела Декларации является ярким подтверждением тому. В нем говорится: "К жертвам следует относиться с состраданием и уважать их достоинство. Они имеют право на доступ к механизмам правосудия и скорейшую компенсацию за нанесенный им ущерб в соответствии с национальным законодательством".
Статья 6 Декларации рекомендует "содействовать тому, чтобы судебные и административные процедуры в большей степени отвечали потребностям жертв…". Тем самым, Декларация справедливо возводит жертву преступления в ранг центральной фигуры в процессе отправления правосудия, сбалансировав ее права с правами обвиняемого, способствуя снижению тяжести последствий преступления.
В ст.2 раздела "А" Декларации говорится, что "лицо может считаться "жертвой", независимо от того, был ли установлен, арестован, предан суду или осужден правонарушитель, а также независимо от родственных отношений между правонарушителем и жертвой". Формирование такого правового подхода может способствовать освобождению потерпевших от заведомо невыгодного для них положения, поскольку выдача материальной компенсации находилась в прямой зависимости от успехов правоохранительных органов в обнаружении и задержании виновного в преступлении лица, которое в последующем должно было предстать перед судом. Только в этом случае потерпевший может внести на рассмотрение суда исковое заявление о материальной компенсации ущерба. К сожалению, такая процедура до сего времени предусмотрена российским законодательством.
В Декларации же реализуется мысль о том, что государство должно взять на себя обязанность по возмещению потерпевшему ущерба, причиненного преступлением. "В тех случаях, когда компенсацию невозможно получить в полном объеме от правонарушителя или из других источников, государствам следует принимать меры к предоставлению финансовой компенсации:
а) жертвам, которые в результате тяжких преступлений получили значительные телесные повреждения или существенно подорвали свое физическое или психическое здоровье;
b) семьям, в частности иждивенцам лиц, которые умерли или стали физически или психически недееспособными".
Немаловажна в этом плане идея ст. 13 Декларации, где говорится о необходимости "содействовать созданию, укреплению и расширению национальных фондов для предоставления компенсации жертвам. При необходимости в этих целях могут создаваться и другие фонды, в том числе в тех случаях, когда государство, гражданином которого жертва является, не в состоянии возместить жертве причиненный ей ущерб.
Идея, заложенная в данной статье Декларации крайне актуальна для Российского государства, поскольку до настоящего времени в России аналогичный национальный фонд отсутствует. Это существенно усложняет эффективность реализации защиты прав жертв преступлений, что настоятельно требует скорейшего применения рекомендаций, заложенных в Декларации.
Не менее важным шагом в деле решения проблемы защиты прав жертв преступлений явилась принятая Советом Европы Конвенция (Страсбург, 24 ноября 1983 года) "По возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений", которая еще раз подтвердила прямую ответственность государства перед гражданами за причиненный им ущерб.
Статья 2 Европейской конвенции устанавливает, "Когда возмещение убытков не может быть обеспечено из других источников, государство должно это взять на себя для следующих категорий:
а) для тех, которым в результате умышленных насильственных преступлений был нанесен серьезный урон физическому состоянию или здоровью;
b) для тех, которые находились на иждивении погибших в результате такого преступления.
Возмещение ущерба, осуществляется даже в том случае, если преступник не может подвергнуться судебному преследованию или быть наказан".
Конвенции гласит: "Компенсация должна покрывать в зависимости от случая по крайней мере следующие части ущерба: потерю заработка, затраты на лекарства и госпитализацию, затраты на похороны и в случаях, касающихся иждивенцев, - содержания" (ст. 4).
Трудно переоценить значение нравственности, гуманности и справедливости Европейской конвенции "По возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений". Остается лишь сожалеть, что документ до настоящего времени не подписан Российской Федерацией. Положительный опыт зарубежных стран в области защиты прав жертв преступлений актуален для России.
Существующие способы возмещения ущерба потерпевшим от преступлений разнообразны в большинстве стран. Первые выплаты государством за ущерб от преступлений были произведены в Новой Зеландии (1963 г.) и в Великобритании (1964 г.). В дальнейшем к этому процессу присоединилась вся Европа и Северная Америка. Системы выплат имеют различную форму. В одних случаях они могут производиться при причинении любого телесного повреждения. В других - только при условии, что потерпевший находится в тяжелом материальном положении и сам не спровоцировал преступление. При этом субъектами, производящими выплату, могут быть административные органы, страховые компании или агентства, предприятия, виновные в преступлении, комиссии, созданные при судах и занимающиеся обеспечением возмещения ущерба виновной стороной, либо гарантийный фонд, основной задачей которого является защита потерпевших.
В Великобритании оказание помощи гражданам, пострадавшим от преступлений, является составной частью уголовной политики государства. 22 февраля 1990 году правительство Великобритании приняло "Хартию жертв преступлений", где детально описываются происшедшие изменения в законодательстве и судебной практике, касающиеся вопросов обеспечения безопасности и социальной помощи лицам, пострадавшим от преступных посягательств. С тех пор этот день во всем цивилизованном и демократическом мире отмечается как Международный день поддержки жертв преступлений. В целях обеспечения безопасности потерпевших в Великобритании создана специальная Служба безопасности жертв преступлений. В государстве существуют две формы компенсации лицам, пострадавшим от противоправных действий. Во-первых, это выплата виновным лицом денежной компенсации по приговору суда, во-вторых, - компенсация, выплачиваемая из государственных фондов. При этом даже в том случае если никто не будет признан виновным по приговору суда, потерпевший имеет право на возмещение вреда за счет государственных средств.
В Соединенных Штатах Америки система специализированной практической помощи жертвам преступлений возникла во второй половине 60-х годов прошлого века в виде разрозненных общественных структур, опиравшихся на финансовую поддержку местных властей, пожертвования частных лиц и благотворительные сборы. Вначале эти структуры создавали специализированные программы помощи с разным набором услуг для различных категорий жертв преступлений (женщин, престарелых, детей и т.д.). На сегодняшний день такие программы охватывают широкий круг жертв преступных деяний, включают оказание необходимой медицинской и психологической помощи, услуги правового характера, в том числе опеку над потерпевшими в период следствия и судебного процесса.
В Германии действует специальный закон о защите и помощи жертвам преступлений. Число частных служб помощи жертвам преступлений за десять лет (с 1977 г.) возросло с 17 до 27 тысяч. По данным депутата Бундестага ФРГ Зигфрида Каудера фондом "Вайсринг" ежегодно оказывается помощь потерпевшим от преступлений в размере 10 млн. евро. (Материалы конференции: "Защита прав жертв террористических актов и иных преступлений", г. Москва. 19.02.2003г.)
Наиболее развита система восстановления прав жертв преступлений и террористических актов во Франции.
В этой стране система законов, регулирующих защиту интересов потерпевших и порядок выплаты компенсаций за причиненный жертве преступления материальный и телесный ущерб, сформировалась в 70-80-х годах ХХ в. и регулировалась, в основном, положениями трех законов.
Первый закон, направленный на защиту жертв преступлений, был принят более двадцати пяти лет назад. Это Закон от 3 января 1977 года "О возмещении ущерба за телесный вред, причиненный потерпевшим преступлением". Он ввел в Уголовно-процессуальный кодекс новые статьи, регулирующие вопросы выплаты компенсаций потерпевшим от преступления. Благодаря этому стало возможным получение потерпевшим компенсации за причиненный вред до того момента, когда преступник предстанет перед судом, который, помимо основного приговора, вынесет решение о возмещении ущерба. Вторым стал Закон от 2 февраля 1981 года "Об усилении безопасности и защиты свободы личности". В нем покровительству от преступления посвящена глава 3, которая называется "О защите потерпевшего". В июле 1983 года был принят Закон "Об усилении защиты жертв преступлений", внесший дополнения и изменения в Уголовный кодекс и Уголовно-процессуальный кодекс Франции. Глава 6 этого закона вносит изменения и дополнения в УПК в той части, которая касается возмещения ущерба потерпевшему от уголовных преступлений, исполнитель которых неизвестен или неплатежеспособен. Закон расширил круг лиц, имеющих право на компенсацию. Он указал, что компенсация выплачивается не только тому лицу, которое пострадало от преступления, но и лицу, которому был причинен телесный или моральный ущерб.
С введением этих трех законов, по оценкам французских юристов, коренным образом изменилось положение потерпевших от уголовных преступлений в судебном процессе. По существу, государство, хотя и с некоторыми оговорками, приняло на себя обязательства по выплате потерпевшим от преступления материальной компенсации, не ставя их теперь в полную зависимость от успеха следствия, результата судебного процесса или платежеспособности виновного. Впоследствии оно в регрессном порядке взыскивает затраты по выплате ущерба потерпевшему с преступника.
Не последнюю роль в поддержке пострадавших играют различные общественные организации, такие, например, как "Парижская помощь жертвам преступлений".
Первые ассоциации помощи жертвам преступлений стали создаваться во Франции в 1983 году. В 1984 г. по инициативе Министерства юстиции был создан Национальный институт помощи жертвам преступлений. Целью его создания явилось оказание помощи потерпевшим от преступлений. Поддержка этой организации распространяется и на пострадавших в результате различных несчастных случаев (природные катастрофы, дорожно-транспортные происшествия и т.д.). Институт оказывает самую разнообразную помощь, но в основном юридическую, психологическую и социальную. В него входят 150 обществ и отделов, поддерживаемых как государством, так и органами местного самоуправления. Работу по оказанию помощи потерпевшим осуществляют пятьсот постоянных служащих. Ежегодно им оказывают содействие около 75 тысяч человек. Их работа является добровольной, и оплата за их труд не предусмотрена. Институт сотрудничает с аналогичными организациями, созданными в других странах. К середине 80-х годов во Франции насчитывалось более 140 центров только для женщин - жертв сексуального насилия и более 200 консультационных центров по правам женщин и помощи детям.
Развивая и совершенствуя сложившуюся во Франции систему защиты жертв преступлений, законодатель существенное внимание уделяет потерпевшим от террористических актов. В сентябре 1986 года был принят Закон "О борьбе с терроризмом и с посягательствами на государственную безопасность", а в октябре того же года - Декрет "О возмещении потерпевшим убытков, причиненных им террористическими актами". Эти документы содержат нормы, которые существенно расширяют и дополняют права потерпевших от преступлений. Поскольку законы 1986 г. принимались в период активизации законодательной борьбы с терроризмом, то основной акцент в них, в частности в Декрете от 15 октября, сделан на защиту потерпевших от террористических актов. Данный декрет является нормативным актом, положения которого распространяются исключительно на потерпевших от террористических преступлений. Именно он впервые выделил потерпевших от террористических актов из общего ряда жертв преступлений в особую группу. Характерная особенность этого декрета заключается в предусмотренной им процедуре специальной выплаты компенсаций, которая существенным образом отличается от общепринятой процедуры возмещения убытков потерпевшим от общеуголовных преступлений.
Кроме того, Декретом впервые за всю историю существования во Франции института защиты прав потерпевших от преступлений учреждается орган - Гарантийный фонд, основной и единственной обязанностью которого является выплата материальной компенсации жертвам террористических акций.
Деятельность Гарантийного фонда находится под контролем министра экономики и финансов. Он назначает правительственного комиссара, который от его имени осуществляет контроль за руководством фонда. Создание Гарантийного фонда стало поворотным моментом в отношении государства к проблемам потерпевших от террористических актов. Потерпевший перестал быть зависимым от имущественного положения преступника. Средства Фонда пополняются за счет ежемесячных процентных отчислений, выплачиваемых страховыми обществами или агентствами с суммы взносов по договорам страхования имущества. Сумма, подлежащая отчислению, ежегодно пересматривается и утверждается министром экономики и финансов. Кроме того, Фонд пополняется за счет общественных пожертвований.
Положительный опыт зарубежных стран в области защиты прав жертв преступлений и террористических актов представляется в настоящее время крайне важным. В полном объеме применение зарубежного опыта в силу объективных причин, а также специфики российского законодательства вряд ли возможно. Тем не менее, некоторые механизмы защиты прав потерпевших, их социальной реабилитации и само движение международного сообщества к усилению защиты жертв преступлений могут быть использованы в России.
Статья 52 Конституции Российской Федерации устанавливает, что государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию, компенсацию причиненного ущерба. Новый Уголовно-процессуальный кодекс РФ гарантирует потерпевшему право на участие в уголовном преследовании обвиняемого, начиная с момента возбуждения уголовного дела и до его рассмотрения в кассационных и надзорных инстанциях. Однако практика деятельности Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации свидетельствует о наличии грубых нарушений данной правовой нормы. В основном, это необоснованные или незаконные отказы в возбуждении уголовного дела по заявлениям потерпевших, злоупотребление и волокита при расследовании преступлений, приводящие к утрате документов и уходу преступника от справедливого возмездия.
В сентябре 2001 года гражданин Ш., проезжая в дневное время на автомашине по Федеральному проспекту г. Москвы, был обстрелян сотрудниками милиции ОВД "Новогиреево", в результате чего получил пулевые ранения с повреждением почки и кишечника. В возбуждении уголовного дела по этому факту Перовской межрайонной прокуратурой было отказано на том основании, что Федеральный закон "О милиции" предусматривает право применения сотрудниками милиции оружия для остановки транспортного средства, когда водитель создает опасность и не подчиняется их законным требованиям. С материалами проверки Ш. ознакомлен не был. Адвокат обжаловала постановление об отказе в возбуждении уголовного дела межрайонному прокурору, указав, что происшедшим обстоятельствам дана неправильная оценка, проверка проведена неполно. С заявлениями о том, что данная ситуация требует расследования в рамках уголовного дела адвокат неоднократно обращалась в прокуратуру города Москвы, в том числе ставила вопрос о том, что Ш. в результате повреждения автомашины причинен материальный вред в сумме 175 тысяч рублей, однако с ее доводами должностные лица не соглашались. И только после обращения Ш. к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации спустя 6 месяцев после происшествия прокуратурой города Москвы было возбуждено уголовное дело по факту превышения должностных полномочий работниками ОВД с причинением тяжкого вреда здоровью Ш. (вх. № Ш-83).
Еще один пример вопиющего беззакония. Следственным управлением при УВД Камчатской области в течение полутора лет неоднократно принимались незаконные решения о прекращении уголовного дела по факту совершения наезда автомобилем под управлением К. на гражданина А., который от полученных телесных повреждений скончался на месте. Поскольку в автомашине, помимо К., находилось еще трое человек, уголовное преследование в отношении К. несколько раз прекращалось производством за недоказанностью его участия в совершении преступления. Принимаемые решения отменялись в порядке надзора прокурорами г. Елизово и Камчатской области по жалобам матери погибшего, но затем орган расследования вновь прекращал дело по тем же основаниям. Только после обращения Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в Генпрокуратуру России гражданину К. предъявлено обвинение в нарушении правил безопасности движения и оставлении места дорожно-транспортного происшествия (вх. № Ч-46).
В новом Уголовно-процессуальнолм кодексе Российской Федерации потерпевшему регламентирован доступ к правосудию для возмещения имущественного и морального вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде. По иску потерпевшего размер возмещения морального вреда определяется судом при рассмотрении уголовного дела. Однако вновь в уголовно-процессуальном законодательстве подтверждено право суда передать гражданский иск потерпевшего на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. И хотя такое решение принимается судом в случае необходимости производства дополнительных расчетов, связанных с гражданским иском, можно констатировать, что большинству потерпевших для возмещения ущерба потребуется еще один изматывающий силы судебный процесс.
Почти два года находилось в производстве суда Новосибирского района Новосибирской области уголовное дело по обвинению гражданина М., который, управляя автомашиной в нетрезвом состоянии сбил пешехода, причинив ему смертельные повреждения, и скрылся с места происшествия. Заседания суда неоднократно откладывались по ходатайству М. на длительные сроки (например, для предоставления ему возможности сдачи экзаменов в учебном заведении), и в то же время просьбы матери погибшего, об ускорении рассмотрения дела оставались без реагирования. За это время были приняты два постановления об амнистии. В июне 2000 г. суд прекратил уголовное дело в отношении М. на основании Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" от 26.05.2000 г. Прекратив уголовное дело, суд не решил вопрос о гражданском иске по возмещению материального и морального вреда, заявленного матерью пострадавшего, предложив ей разрешить исковые требования в порядке гражданского судопроизводства (вх. № М-617).
Реальное же возмещение вреда гражданам, пострадавшим от преступных проявлений, даже в условиях их доступа к правосудию осуществляется крайне слабо. По действующему законодательству возмещение ущерба производится только при наличии приговора суда, вступившего в законную силу, то есть после раскрытия преступления и изобличении виновного. Учитывая, что уровень раскрываемости, к примеру, корыстных преступлений составляет в среднем около 55%, почти половина потерпевших от такого рода посягательств лишены возможности возмещения причиненного им ущерба, поскольку виновные в их совершении лица не установлены.
Практически невозможно получить возмещение ущерба и в случаях, когда преступники установлены и осуждены. Причиной тому все та же российская беда: по данным Госкомстата более 35% населения страны живут за чертой бедности. Статистические данные за 2001 год свидетельствуют о том, что наиболее высокий процент возмещения материального ущерба по уголовным делам следователей прокуратуры в Приволжском федеральном округе составляет всего 23% (Информация НИИ проблем укрепления законности и правопорядка, вх. № 3317 от 05.06.2002 г.).
Даже в тех условиях, когда преступник отбывает длительный срок лишения свободы, нет никаких гарантий того, что нанесенный им ущерб будет возмещен потерпевшему. На протяжении последних десяти лет около половины осужденных не работают в местах лишения свободы из-за отсутствия работы. Если же осужденный работает, то заработанные им деньги распределяются не в интересах потерпевшего. Из заработка осужденного вначале удерживает налоги государство, затем удерживаются алименты на детей осужденного, следом идет покрытие государству расходов по содержанию осужденного (стоимость питания, одежды, обуви и т.д.). Самому же преступнику закон гарантирует начисление 25% его заработка на лицевой счет. В итоге на возмещение ущерба жертвам преступления практически ничего не остается.
Примером тому служит опубликованная в газете "Советская Чувашия" (31 мая 2001г.) статья Д. Белебенцева "Жертвы преступлений и закона". В ней автор с горечью рассказывает о горе, постигшем мать, которая практически одна вырастила дочь-Лену. Девушка была тяжело больна. Матери стоило больших трудов и средств избавить ее от недугов, поставить на ноги. В сентябре 2000 года по пути домой Лена подверглась нападению. Ее ограбили и при этом жестоко избили. Преступники были задержаны. Однако нервное потрясение и жестокие побои спровоцировали у Лены рецидив казалось бы забытой болезни. Девушка оказалась в больнице, почти не вставала с постели и мать серьезно опасалась за ее жизнь. Состоялся суд, но Лена по состоянию здоровья присутствовать на нем не могла, ее интересы представляла мать. Нанять адвоката она не смогла из-за отсутствия средств. Один из подсудимых ранее уже отбывал уголовное наказание (7 лет) за грабеж и был освобожден условно-досрочно. По той же статье он был осужден и на этот раз. Суд вынес решение о возмещении материального и морального вреда потерпевшей в размере соответственно, 1064 и 500 рублей. Сумма невелика, но и она является подспорьем для матери пострадавшей, которой приходилось покупать совсем не дешевые лекарства для дочери. Однако даже эти деньги взыскать с осужденного - большая проблема. В материальном плане с него нечего взять. В такой ситуации ничем не могут помочь и судебные приставы.
Приведенный пример вызывает лишь горечь за судьбу жертв преступлений и недоумение по поводу равнодушия со стороны государства к проблемам своих граждан.
Нередко в вопросах возмещения ущерба потерпевшим усугубляет ситуацию волокита и недобросовестное исполнение судебных решений работниками службы судебных приставов.
К Уполномоченному Республики Башкортостан по правам человека Газизову Ч.Б. обратилась житель Аскинского района Г. с жалобой на действия судебного пристава Аскинского районного подразделения службы судебных приставов Ф., который вынес постановление об окончании исполнительного производства в связи с полным исполнением судебного решения в части денежного взыскания с ее бывшего мужа. В жалобе Г. утверждала, что фактически решение суда, обязывающее ее бывшего мужа выплатить ей деньги, осталось не выполненным. Суд по ее жалобе отменил постановление судебного пристава Ф. об окончании исполнительного производства. Однако решение суда и после возобновления исполнительного производства не исполнялось. Только после вмешательства Уполномоченного Республики Башкортостан по правам человека прокуратура Аскинского района провела проверку жалобы Г. Выявлены нарушения Закона "Об исполнительном производстве" в работе судебного пристава-исполнителя Ф., в связи с чем прокурор района внес Главному судебному приставу Республики Башкортостан представление о привлечении судебного пристава к дисциплинарной ответственности.
К большому сожалению аналогичные факты не единичны.
При исполнении судебных решений служба судебных приставов должна иметь в виду постановление Европейского Суда по правам человека по делу Бурдова против России от 07.05.2002 года, где отмечено, что: "Не принимая на протяжении нескольких лет мер по исполнению вступившего в законную силу судебного решения по данному делу, власти Российской Федерации лишили положение п.1 ст.6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод какого-либо полезного смысла. Исполнение судебного решения должно рассматриваться как составляющая судебного разбирательства и окончанием судебного процесса" (Доклад Уполномоченного Республики Башкортостан по правам человека за 2002 год. ст.18.).
В России отсутствует механизм реализации принципа взаимной ответственности государства и личности друг перед другом, составляющий один из краеугольных камней правового государства.
Российской Федерации, как члену Совета Европы, провозгласившей себя социальным и правовым государством, следует незамедлительно принять меры по подписанию и ратификации Европейской Конвенции о возмещении ущерба жертвам преступлений. От этого зависит как восстановление справедливости в отношении жертв преступлений, так и авторитет нашего государства в глазах международного сообщества.
В большинстве стран из государственных фондов компенсируется лишь вред, причиненный жизни и здоровью граждан (США, Великобритания, Германия, Австралия, Япония и др.). Остальные виды ущерба (например, за утраченное имущество), как правило, государством не возмещаются, однако разветвленная система общественных фондов и обязательного страхования в значительной мере обеспечивает компенсационные выплаты пострадавшим.
Этот путь представляется наиболее предпочтительным. В России необходимо также создание государственного и сети общественных фондов. Государственный фонд должен служить целям возмещения вреда, причиненного здоровью и жизни жертвам преступлений, а общественные - для возмещения вреда, причиненного собственности жертв преступлений. Причем средства этих фондов должны равномерно формироваться не за счет налогоплательщиков, а из общей суммы назначаемых в виде наказания штрафов, конфискованных залогов, различных пошлин, сборов за судебные издержки, оплаченных правонарушителями, различных пожертвований и т.д. Все эти средства должны поступать не в госбюджет, а непосредственно на счета этих фондов для дальнейшего распределения жертвам преступлений.
Назрела потребность в создании продуманной государственной (с привлечением общественных институтов) системы, способной оперативно оказывать потерпевшим хотя бы минимально необходимую помощь. В этой связи, потребность в создании специализированного государственного фонда для выплаты компенсации потерпевшим от насильственных преступлений очевидна, как никогда. Принципы и основные формы государственной компенсации ущерба давно выработаны и успешно апробированы во многих странах мира. Известны пути и источники формирования такого рода государственных фондов. Чем скорее произойдет осознание актуальности его создания в стране, чем скорее он будет создан, тем быстрее и эффективнее будет осуществляться восстановление законных прав жертв преступлений, возвратится доверие людей к государству.
Необходимо отметить, что в России уже имеются основы реагирования гражданского общества на боль и нужды пострадавших от преступлений. Созданы общественные фонды, одни из которых специализируются на изучении зарубежного опыта компенсации ущерба жертвам преступлений, другие - на оказании юридической помощи пострадавшим, третьи берут самое трудное дело оказания материальной, юридической, медицинской и иной помощи потерпевшим от преступлений. В качестве таких организаций следует отметить Международный общественный фонд "Защита жертв терроризма и чрезвычайных ситуаций", созданный при активной поддержке и помощи Комитета Государственной Думы по безопасности и Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации (Председатель попечительского совета Фонда - председатель Комитета Государственной Думы Российской Федерации по безопасности, доктор юридических наук, профессор А.И. Гуров). На счету Фонда, существующего не более года, оказание помощи пострадавшим от террористических акций в Чеченской Республике, раненым военнослужащим, гражданам, потерпевшим от преступлений и обратившимся за помощью. Кроме того, Фондом переданы для распределения среди жителей, детских и медицинских учреждений Чечни, Северной Осетии, Дагестана, Ставропольского края детское питание, медицинская техника, медикаменты. Осуществлена отправка медикаментов для ветеранов и работников МВД и министерства обороны Российской Федерации в города Астрахань, Липецк, Новгород, Москва, бойцам Пянджского погранотряда в Таджикистане.
В феврале 2003 года совместно с Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации проведена международная научно-практической конференции "Защита жертв терроризма и иных преступлений".
Следует активнее внедрять в законодательство и правоприменительную практику элементы так называемого примирительного или восстановительного правосудия. Их суть заключается в более полном учете мнения потерпевшего и компенсации ему причиненного вреда при привлечении к уголовной ответственности и наказании преступника.
Согласно новому порядку рассмотрения ходатайств о помиловании, утвержденному Указом Президента Российской Федерации № 1500 от 28 декабря 2001 года, при решении этого вопроса в числе других факторов принимается во внимание возмещение нанесенного материального ущерба, причиненного преступлением. Однако и сейчас мнение самого потерпевшего не учитывается. Его же учет необходим, особенно по преступлениям, совершенным против личности.
Гражданское законодательство России допускает возмещение имущественного ущерба и морального вреда государством жертвам преступлений, которые совершены при:
а) незаконных действиях (бездействии) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц (ст.1069 Гражданского кодекса Российской Федерации);
б) незаконных действиях органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (незаконное осуждение, незаконное привлечение к уголовной ответственности, незаконное применение в качестве меры пресечения заключение
под стражу или подписки о невыезде, незаконное наложение административного взыскания в виде ареста или исправительных работ) (ст.1070 ГК РФ).
В статье 1071 ГК РФ говорится, что если "причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина". Возмещение выплачивается лицу, потерпевшему от преступления, а в случае его смерти право на возмещение вреда имеют лица, перечень которых исчерпывающе определен в ст. 1088 ГК РФ.
Однако многочисленные обращения граждан к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации, материалы средств массовой информации свидетельствуют о том, что даже в этих случаях государство не выполняет своих обязательств по отношению к жертвам преступлений, а если и выполняет, то с большими моральными и материальными издержками для потерпевшего.
Действующее законодательство о возмещении ущерба потерпевшим от преступлений не только неполное, оно и противоречивое, что запутывает граждан, лишает их последней надежды получить какую-либо материальную компенсацию. Так, после вступления в силу Бюджетного кодекса возникли сложности с определением надлежащего органа, уполномоченного выступать в судах от имени казны Российской Федерации по указанной категории дел. Согласно Кодексу, от имени российской казны по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействием) соответствующих должностных лиц и органов по ведомственной принадлежности, выступает главный распорядитель средств федерального бюджета. Им является орган государственной власти Российской Федерации, имеющей право распределять средства федерального бюджета по подведомственным распорядителям и получателям. По мнению ведущих правоведов, под соответствующими финансовыми органами, представляющими казну Российской Федерации, следует подразумевать органы Министерства финансов Российской Федерации. Централизованной структурой с вертикальным подчинением являются органы федерального казначейства, но соответствующие полномочия им не приданы. Такие полномочия должны быть сформулированы федеральным законом.
Следует также отметить отсутствие определенного источника финансирования данных расходов. Если раньше, в бытность Союза ССР в классификации расходов союзного бюджета такие расходы отражались по разделу "Возмещение ущерба, причиненного гражданам", то в ныне действующей классификации аналогичная строка отсутствует. Это затрудняет изыскание необходимых денежных средств и свидетельствует о равнодушном отношении государства к жертвам преступлений, которым оно гарантировало свою защиту.
В настоящее время сложилась практика, когда судами в качестве ответчика по делам о возмещении ущерба, причиненного государственными органами, привлекается Министерство финансов Российской Федерации как центральный финансовый орган. Последствием подобного положения в первую очередь являются более чем значительные сроки, требующиеся для реализации решения суда, определяемые количеством инстанций и сроками переписки. Очевидна нецелесообразность того, что интересы казны Российской Федерации в судебных заседаниях по подобного рода искам представляет непосредственно Министерство финансов Российской Федерации. Достаточно упомянуть количество и территориальную разбросанность судов, где происходят подобные разбирательства. Дело в том, что данная категория дел предполагает в соответствии со статьей 118 Гражданского процессуального кодекса подсудность по выбору истца. Иски, связанные с возмещением ущерба, могут предъявляться по месту жительства потерпевшего. Это удобно потерпевшему, но усложняет и затягивает процедуру восстановления его прав, т.к. в процессе необходимо участие представителя Минфина России.
Данной проблеме необходимо уделять особое внимание. Нужен комплексный, системный подход, начиная от определения источника финансирования до законодательного урегулирования механизма возмещения ущерба, причиненного гражданам, хотя бы по этой довольно узкой категории дел (ст. 1069 Гражданского кодекса РФ).
Российское законодательство слабо защищает жертвы преступлений и террористических актов. Существующее положение усугубляется различного рода чиновничьими препонами, которые мешают гражданам реализовывать свои законные права. Общепринятое международное правило, что к жертвам преступлений следует относиться с состраданием и уважать их человеческое достоинство в полной мере не реализуется. Уровень криминальной опасности в обществе должен измеряться не столько числом и тяжестью совершенных преступлений, сколько числом жертв преступлений и тяжестью причиненного им вреда. Мошенническая деятельность различных финансовых пирамид оценивается как отдельное преступление, несмотря на то, что потерпевшие исчислялись десятками и сотнями тысяч людей.
Терроризм как социальное явление, ровесник и постоянный спутник истории человечества. Имена выдающихся государственных и общественных деятелей, королей и полководцев, таких как Юлий Цезарь, Альбрехт Валенштайн, французские короли Генрих III и Генрих IV, Марат, Авраам Линкольн, Александр II, Петр Столыпин, Джон Кеннеди, Анвар Садат, Индира Ганди и многих других, ставших жертвами политических убийств, прочно вошли в анналы истории.
Россия впервые всерьез столкнулась с этим явлением в 60-е - 80-е годы XIX века. Это период становления и развития террористической деятельности, как одного из методов борьбы с царским режимом. В апреле 1866 года прогремел выстрел Дмитрия Каракозова, покушавшегося на жизнь императора Александра II. Все последующие годы терроризм набирает силу и превращается в массовое явление. Во второй половине XX столетия, на фоне совершенствования средств уничтожения произошла эскалация различных форм терроризма. Он превратился в средство тотальной войны против существующих режимов власти, достижения террористами поставленных целей. В полной мере проявилась его античеловеческая природа, нашедшая свое выражение в массовых убийствах людей.
Сообщениями об актах терроризма буквально заполнено эфирное время радио и телевидения. Ими пестрят страницы газет и журналов. Нет такой страны, нет такой точки на карте мира, откуда бы ни поступали сообщения о проявлениях террора. Ирландия и Шри-Ланка, Индия и Колумбия, Афганистан и Алжир. Стали привычными для слуха названия террористических организаций: "ЭТА", Братья мусульмане, Тигры освобождения "Тамильилама", "Штерн", "Баадер Майнхоф" и ИРА, "Аксьен директ" и "Алькаида". Но за каждым из них стоит одно кровавое слово - терроризм (Современный терроризм и права человека. Материалы "Круглого стола", Москва, 4 декабря, 2001.).
Первая, наиболее чувствительная волна терроризма, связанная с деятельностью левоэкстремистских группировок типа "Красных бригад" в Италии и группы Баадер-Майнгоф в Федеративной Республике Германии в 1960-1970 годы, прокатилась по Западной Европе, а также по странам Латинской Америки. В период с 1970 по 1980 год масштабы террористической деятельности в мире удвоились; в течение 80-х годов ежегодно совершалось в среднем до 800 терактов. В настоящее время в мире действует более 500 крупных террористических организаций и групп. За последнее десятилетие прошедшего века ими было совершено более 6 тысяч актов террора, в результате которых погибли или получили ранения около 25 тысяч человек. (Л.В. Брусницын. Обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию: Российский, зарубежный и международный опыт ХХ века. (Процессуальное исследование). М., 2001. Изд. "Юрлитинформ", С. 17.).
По данным компетентных источников США, "ячейки террористов" существуют в 60 странах мира. Только в списки террористических организаций Госдепартамента США внесены 33 организации. Наиболее крупные очаги терроризма находятся на Ближнем Востоке, в Афганистане, Пакистане. (Современный терроризм и права человека. Материалы "Круглого стола", Москва, 4 декабря, 2001.)
Политики и ученые довольно оперативно отреагировали на новые трагические реальности, результатом чего явилось появление целой серии фундаментальных работ по проблематике терроризма: его истоков и корней, стратегии, тактики и методов борьбы с этим злом. В США в эти годы был создан при университете штата Нью-Йорк специальный институт по изучению международного терроризма.
Терроризм во все большей степени приобретает международный характер. Наиболее яркое подтверждение этого факта - террористические акты в США 11 сентября 2001 года, последующие атаки террористов, связанные с заражениями сибирской язвой, взрывы на острове Бали в Индонезии, захват заложников 23 октября 2002 г. в Театральном центре в г. Москве, взрыв у Дома правительства в г. Грозном 27 декабря 2002 г. и др. Терроризм становится средством в стремлении достичь политических целей, прежде всего в районах с высоким уровнем национальных и межконфессионных противоречий, организованной преступности. Расширяется социальная база терроризма. Вновь напоминает о себе политика двойных стандартов в оценке террористической деятельности, что наглядно продемонстрировано при отказе Дании выдать российскому правосудию одного из организаторов террористических актов в Чечне Ахмеда Закаева.
Поскольку первые волны террористического насилия не затронули СССР, со стороны его ведущих идеологов государства не было проявлено какого-либо интереса к данной проблеме.
Ситуация коренным образом изменилась с начала 1990-х годов, совпавших с распадом СССР, когда Россия оказалась в эпицентре жестокого и кровавого террористического насилия. Его главным генератором стала организованная преступность. Несколько позднее к ней присоединился исламский экстремизм, связанный с антиконституционным самопровозглашением так называемой "Республики Ичкерия".
К сожалению, международная система безопасности, как и национальные системы, включая Россию, демонстрируют свою беспомощность и уязвимость перед лицом устрашающей изощренности и кровожадности террористов. В этих условиях первостепенное значение приобретает защита жертв терроризма, число которых никак не соизмеримо с официальными сводками о том или ином террористическом акте, имевшем место на территории России.
Все жертвы терроризма в России условно можно разделить на четыре группы.
Первая, это жители городов и поселков, пострадавшие в результате террористических акций. Города Буденовск и Буйнакск, Волгодонск и Волгоград, Владикавказ и Воронеж, Махачкала и Москва, Каспийск и Кизляр, Моздок и Минеральные Воды, Ставрополь и Ессентуки, Пятигорск и Невинномысск - вот неполный перечень мест террористических взрывов, унесших сотни жизней наших соотечественников, принесших горе и страдание в семьи пострадавших. Так, за 2000 год число террористических актов составило 135, в 1999 году в России было зарегистрировано только 20 преступлений такого рода (без учета Чеченской Республики). За последние годы на территории Республики Дагестан имел место ряд крупномасштабных террористических акций. В январе 1996 года террористическая акция потрясла г. Кизляр и Хасавюртовский район, где, кроме того, были захвачены заложники. В ноябре того же года в результате террористической акции обрушился многоэтажный жилой дом в г. Каспийске. Террористические акции были совершены в сентябре 1998 года в г. Махачкале и 1999 года в г. Буйнакске. Кроме того, в августе - сентябре 1999 года на территорию республики совершено вторжение незаконных чеченских вооруженных формирований. В результате этих и других террористических акций, а так же проводимых антитеррористических операций на территории республики погибло 215 человек, около 500 человек получили различной степени увечья. В общей сложности в результате теракций пострадало более 49 тысяч человек, которые потеряли свое жилье, имущество, здоровью которых был нанесен ущерб. Прямой ущерб от действий преступников составил 2 миллиарда 477,3 млн. рублей. По оценкам специалистов косвенный ущерб достигает 1,1 млрд. руб.
В Ставропольском крае были совершены террористические акции в городах Буденовске (июнь 1995 г.), Пятигорске (апрель 1997 г., октябрь и декабрь 2000 г.), Невинномысске (октябрь 2000 г.), Ессентуки (март и апрель 2001 г.), Мин-Водах (март 2001 г.), Ставрополе (июль 2001 г.). В результате террористических акций погибло 184 человека, 2950 человек получили ранения.
В Республике Северная Осетия (Алания) в 1999 - 2002 г.г. совершено шесть террористических акций. В марте 1999 года прогремел взрыв на Центральном рынке г. Владикавказа; в мае 1999 года взрыв в поселке "Спутник"; июнь 1999 года, террористическая акция на товарном дворе г. Владикавказа; в июле 2000 г. на ул. Джанаева; в ноябре 2001 г. на вещевом рынке "Фаллой"; в апреле 2002 г. на ул. Бородинской. В результате преступлений погибло 72 человека, пострадало 328 человек.
Не избежали страшной участи и жители столицы России. В результате террористических акций в г. Москве пострадало 746 человек, из них 60 детей. К ним добавились пострадавшие в результате террористического акта в Театральном центре на Дубровке: погибло 129 человек, более 700 получили отравление газом и глубокий морально-психологический шок.
На оказание помощи пострадавшим от террористических акций только из бюджета столицы было израсходовано 359,1 миллиона рублей, в том числе на возмещение материального ущерба, медицинскую помощь на догоспитальном и стационарном этапах, выплату пособий, амбулаторное лечение. На ремонт жилищного фонда городом было выделено 124,8 миллиона рублей. В целях более полного восстановления прав граждан, пострадавших от террористических акций, активно привлекались внебюджетные средства, благотворительные пожертвования организаций различных форм собственности, отдельных граждан.
Вторая группа - это мирные жители, пострадавшие в результате борьбы с терроризмом. Это то же население Чечни, Ингушетии, Дагестана, понесшее людские, материальные потери от проведения спецопераций по уничтожению банд террористов, так называемых "зачисток", а иногда и просто ошибок и несогласованности действий солдат и офицеров федеральных сил.
Третья группа состоит из военнослужащих, принимавших и по сей день принимающих участие в ликвидации бандформирований и иных террористических проявлений на территории России. Сюда следует в первую очередь отнести военнослужащих, принимавших участие в контртеррористической операции в Чечне и почти каждый день несущих боевые потери. Только за период с 1 октября 1999 года по 23 ноября 2002 года небоевые потери федеральных сил составили минимум 6000 человек. За последние три года официально не воюющая Россия потеряла погибшими около 10500 своих солдат и офицеров. Еще около 75500 получили ранения, травмы или увечья в ходе исполнения ими служебных обязанностей. (Независимая газета, № 35(2868) от 22.02.2003г.).
Жертвами терроризма являются и те военнослужащие, которые из боевых действий вернулись без ранений. Они получили громадное морально-психологическое потрясение, в результате чего значительной части из них необходимы особые условия для длительного приспособления к мирной жизни.
Четвертая группа - это все мы, граждане России. Эскалация насилия превратила каждого из нас в заложника безумных идей и злой воли организаторов и исполнителей террористических актов. Многие люди опасаются, что может произойти очередной акт террора с тяжелыми последствиями. Все это - результат психологического шока от чудовищных взрывов и других бесчеловечных действий террористов. Так, трагедия на Дубровке оставила неизгладимый след в сердцах родных и близких людей, чьи родственники, друзья и знакомые оказались в заложниках и пострадали от рук бандитов. Директор Государственного центра социальной и судебной психиатрии им. Сербского, академик РАМН Т.Дмитриева убеждена, что стресс навсегда останется шрамом в душах всех граждан России. В неотложной помощи психологов, психотерапевтов нуждаются и пострадавшие, и их родственники. Может быть в этот момент не каждый осознал истинный масштаб беды, такое осознание приходит через некоторое время (Российская газета, № 2004п (3072) от 28.20.2002г.).
Проблемы восстановления нарушенных прав, защиты интересов жертв терроризма у каждой группы разнятся. Соответственно должна быть различной стратегия и тактика деятельности государства и всего общества по их социальной реабилитации.
Террористические взрывы и иные действия террористов посягают на основное право людей, гарантированное ст. 3 Всеобщей декларации прав человека - право на жизнь. Число жертв террора нередко измеряется сотнями, а то и тысячами. Восполнить гибель близкого человека невозможно, реально только сгладить какие-то негативные последствия утраты. Как правило, это происходит путем выплаты материальной компенсации в связи со смертью, расходов на погребение, назначением пенсий иждивенцам, психологической поддержкой, вниманием и заботой со стороны общества.
Субъекты и порядок возмещения ущерба определены ст. 17 Федерального закона "О борьбе с терроризмом" от 25 июля 1998 г. (в ред. ФЗ-122 от 7.08.2000 г.). Возмещение вреда, причиненного в результате террористической акции, производится за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации, на территории которого она совершена. Возмещение вреда, причиненного в результате террористической акции, совершенной на территории нескольких субъектов Российской Федерации, а также возмещение ущерба, причиненного одному субъекту Российской Федерации и превышающего возможности компенсации из бюджета данного субъекта, производится за счет средств федерального бюджета с последующим взысканием сумм этого возмещения с причинителя вреда в порядке, установленном гражданско-процессуальным законодательством. В результате установленного порядка федеральный бюджет участвует в компенсации ущерба жертвам террористических акций не во всех случаях, а в зависимости от масштабов террористических акций и суммы причиненного ущерба.
В мае 2002 года Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации и сотрудники его аппарата посетили Республику Северную Осетию-Аланию, где изучали практику компенсации ущерба жертвам террористических актов. На территории республики произошло шесть таких актов, повлекших гибель, тяжелые ранения, увечья и травмы людей и причинивших материальный ущерб. Правительство Российской Федерации дважды принимало постановления об оказании материальной по-мощи пострадавшим и выплате компенсации за причиненный материаль-ный ущерб. Это имело место после совершения террористических актов на Центральном рынке г. Владикавказа 19 марта 1999 года и в поселке "Спутник" г. Владикавказа 16 мая 1999 года. В иных случаях материаль-ная помощь оказывалась лишь из республиканского бюджета. Однако возможности бюджетов субъектов Российской Федерации различны, что наглядно видно из сравнения оказания помощи погибшим и получившим ранения, увечья и травмы при террористическом акте на ул. Бородинской г. Владикавказа 28 апреля 2002 года и в Театральном центре Дубровка в г. Москве.
Таблица № 1
Место террористического акта Выплаты семьям погибших Выплаты получившим тяжелые ранения, увечья и травмы Выплаты получившим ранения, увечья и травмы средней тяжести Выплаты получившим легкие ранения и травмы
Взрыв на Центральном рынке г. Владикавказа 19 марта 1999 г. 10 тыс. руб. Целевые выплаты из республиканского бюджета - - пос. Спутникг. Владикавказа16 мая 1999 г. 10 тыс. руб. 5 тыс. руб. 3 тыс. руб. 1 тыс. руб.
Взрыв на товарномдворе г. Владикавказа 28 июня 1999 г. - 5 тыс. руб. - 1 тыс. руб. ул. Джанаеваг. Владикавказа9 июля 2000 г. 10 тыс. руб. 5 тыс. руб. 3 тыс. руб. - ул. Бородинская г. Владикавказа28 апреля 2002 г. 15 тыс. руб. 10 тыс. руб. 7 тыс. руб. -
Театральный центр "Дубровка" 23 октября 2002 г. 100 тыс. руб. 50 тыс. руб. 50 тыс. руб. 50 тыс. руб.
Как явствует из приведенной таблицы, размер материальной помощи различается в зависимости от субъекта Федерации, где произошел террористический акт. Однако, с точки зрения государства, ценность жизни человека должна быть одинакова, независимо от того, где он проживает.
Необходим единый федеральный стандарт оказания помощи членам семей погибших и иным пострадавшим от террористических актов. Он должен быть единым на всей территории России, и не должен зависеть от масштабов террористического акта, его последствий, тем более от его общественного резонанса. Такое решение будет соответствовать конституционному принципу равенства всех граждан перед законом. Для реализации данного предложения необходимо изменение Федерального закона "О борьбе с терроризмом", где в ст. 17 следовало бы установить, что "возмещение ущерба, причиненного в результате террористической акции, производится за счет средств федерального бюджета с последующим взысканием сумм этого возмещения с причинителя вреда по основаниям, и в порядке, установленном гражданско-процессуальным законодательством".
За счет бюджетов субъектов Российской Федерации может выплачиваться дополнительные компенсации пострадавшим от террористических акций с учетом уровня жизни в том или ином субъекте Российской Федерации".
Целесообразно создание федерального фонда для выплаты компенсаций потерпевшим от насильственных преступлений, включая и террористические акты. Создание такого фонда сняло бы основное препятствие для подписания и ратификации Европейской Конвенции о возмещении ущерба жертвам насильственных преступлений.
Кроме того, необходимо предусмотреть финансовую поддержку в виде доплаты к пенсиям инвалидам вследствие террористических акций (в зависимости от группы инвалидности). При выдаче сертификатов на жилье следует учитывать региональные социальные нормативы и права несовершеннолетних членов пострадавших семей. Необходимо добиться безусловного исполнения уже принятых правовых и распорядительных документов по данной проблеме.
В деле оказания материальной поддержки и помощи жертвам террористических актов важно не только участие государства, но и помощь со стороны различных благотворительных организаций, всех граждан России. Следует приветствовать создание по инициативе представителей чеченской диаспоры Москвы и руководителя ОАО "Группа Альянс" предпринимателя М. Бажаева Фонда поддержки заложников и жертв террористического акта. Однако эти шаги можно рассматривать всего лишь как акт доброй воли. Пострадавшие справедливо считают, что государство должно полностью компенсировать тяжкие физические и моральные потери.
До настоящего времени отсутствует точный учет населения Чеченской Республики, пострадавшего в ходе контртеррористических операций. На выездном заседании Правительственной комиссии Российской Федерации по вопросам восстановления социальной сферы и экономики Чеченской Республики, состоявшемся 28 мая 2002 года в г. Назрани Республики Ингушетия, в выступлениях представителей федеральных органов исполнительной власти, а также ответственных работников Чеченской и Ингушской республик, одни и те же показатели (возвращение пострадавших в места постоянного проживания, оказание им материальной и других видов помощи) различались более чем на 10 тысяч человек.
Значительная часть пострадавших разместилась в палаточных городках на территории Чечни и Ингушетии. Более 40 тысяч человек в течение трех лет находилось в шести Центрах временного размещения (ЦВР) на границе между этими республиками. За это время большая часть из 1400 брезентовых палаток пришли в негодность и не могут защитить людей от ветра, дождя и снега. Проблема усугубляется отсутствием своевременного финансирования на содержание ЦВР, только кредиторская задолженность составляет 557,0 млн. рублей. С 1 января 2002 года прекращена выдача продуктов, а с 1 апреля приостановлен подвоз хлеба. Организации-поставщики прислали уведомления об отключении в ЦВРах электроэнергии, газа и воды за неуплату. В жалобах граждан к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации ситуация с прекращением оказания помощи напрямую увязывается с решением о сокращении сроков возвращения граждан, находящихся в Центрах временного размещения, на территорию Чеченской Республики.
Одна из ключевых проблем восстановления и соблюдения прав граждан Российской Федерации, пострадавших в ходе разрешения кризиса в Республике Дагестан и Чеченской Республике это юридическая неопределенность происходящего.
Федеральный закон "О борьбе с терроризмом" устанавливает порядок возмещения вреда, причиненного в результате террористической акции, и социальной реабилитации лиц, пострадавших в результате террористической акции. В соответствии с названным законом порядок возмещения вреда регулируется гражданско-процессуальным законодательством, а порядок осуществления социальной реабилитации лиц, пострадавших от террористической акции, определяется Правительством Российской Федерации. Однако судебная практика последних лет показывает, что причинитель вреда, к которому мог бы быть предъявлен гражданский иск, как правило, не бывает найден. Кроме того, в законе не предусмотрена компенсация за ущерб, причиненный при проведении контртеррористической операции. В то же время многочисленные обращения пострадавших граждан прямо указывают, что большинство разрушений и уничтожение имущества происходит именно в это время.
В сложившихся условиях применение Федерального закона "О борьбе с терроризмом" к гражданским жертвам конфликта в Чеченской Республике позволит оказывать лишь первичную помощь нуждающимся. Необходимы новые законы и соответствующие постановления Правительства Российской Федерации.
К числу проблем, препятствующих возвращению пострадавших в места постоянного проживания, таких, как гарантия личной безопасности, разрушенное жилье, безработица, следует отнести отсутствие системы мер социальной поддержки граждан, пострадавших в ходе контртеррористической операции в Чеченской Республике. В настоящее время действуют два правительственных документа, фактически противоречащих друг другу:
первый - постановление Правительства Российской Федерации от 30 апреля 1997 года № 510 "О порядке выплаты компенсаций за утраченное жилье и/или имущество гражданам, пострадавшим в результате разрешения кризиса в Чеченской Республике и покинувшим ее безвозвратно". Как следует из названия документа, государственная помощь оказывается только гражданам, выехавшим за территорию Чеченской Республики;
второй - постановление Правительства Российской Федерации от 21 декабря 2001 года № 889, утвердившее Федеральную целевую программу "Восстановление экономики и социальной сферы Чеченской Республики (2002 год и последующие годы)" В соответствии с этим постановлением государственная поддержка предоставляется тем, кто возвращается в Чечню.
С момента вступления в силу постановления Правительства Российской Федерации "О порядке выплаты компенсаций за утраченное жилье и/или имущество гражданам, пострадавшим в результате разрешения кризиса в Чеченской Республике и покинувшим ее безвозвратно" по декабрь 2002 года, компенсацию получили 27 250 семей на общую сумму 2 млрд. 821 млн. руб. В очереди за выплатами компенсации находится 10 тысяч семей. Для выплаты им компенсаций требуется свыше 1,5 млрд. рублей, из которых на 2003 год запланировано 600 млн. руб. Этих денег может хватить на выплаты только 4 500 семьям.
Своевременная выплата компенсаций является не единственной проблемой в восстановлении прав граждан, пострадавших в результате разрешения кризиса в Чеченской Республике. Предметом для критики являлись отдельные положения Постановления Правительства Российской Федерации от 30 апреля 1997 года № 510, в части его противоречия Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству. Ограничение сроков регистрации пострадавших с 12 декабря 1994 года по 23 ноября 1996 года для приобретения права на получение компенсации нарушает конституционные нормы, гарантирующие всем гражданам Российской Федерации защиту их прав со стороны государства.
В письмах к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации приводятся случаи, когда срок между датой постановки на учет в территориальных органах ФМС России и начальной датой регистрации (12 декабря 1994 года), составляет не более недели. Тем не менее, граждане, не попавшие под действие постановления № 510, получают право только на долговременную беспроцентную возвратную ссуду на строительство или приобретение жилья, размер которой составляет в среднем 40 тыс. руб. на семью, что в три раза меньше, чем размер компенсации.
Усматривая в действиях федеральных органов исполнительной власти нарушения принципа равенства перед законом, установленного частью первой статьи 19 Конституции Российской Федерации, Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации направил в Правительство Российской Федерации свои замечания и предложения по восстановлению и соблюдению прав граждан, пострадавших в результате разрешения кризиса в Чеченской Республике в 1994-1996 годах. Своим поручением Правительство Российской Федерации поддержало предложение Уполномоченного о необходимости разработки нового нормативного акта, определяющего меры социальной поддержки пострадавших граждан и обязало заинтересованные федеральные органы исполнительной власти внести соответствующие предложения.
Отсутствие исчерпывающей и достоверной информации о порядке и условиях оказания государственной поддержки для граждан Чеченской Республики, пострадавших в периоды с 1994 по 1996 годы и с 1999 по 2000 годы, порождают в их среде самые невероятные слухи. Во время бесед Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации при посещении палаточных городков люди говорили о том, что боятся выехать домой, поскольку их могут не включить в списки для оказания помощи.
Тем не менее, появились реальные предпосылки готовности руководства Республики Ингушетия и Администрации Чечни организовать процесс возвращения вынужденных переселенцев в места прежнего постоянного проживания.
С сентября 1999 года миграционной службой Республики Ингушетия по форме № 7 "Учет семьи, прибывающей при чрезвычайной ситуации" учтено 308912 человек (82400 семей). Из их числа при содействии миграционной службы выехало в другие регионы России 67817 человек, вернулось в Чеченскую Республику - 91520 человек. Всем выезжающим в Чеченскую Республику обеспечивается бесплатный проезд, двухнедельный продовольственный набор. Во исполнение Указа Президента Республики Ингушетия от 5 июля 1996 г. № 117 Правительство Республики проводит работу по созданию в Ингушетии новых населенных пунктов для вынужденных переселенцев из Чеченской Республики, выделяя для указанной категории граждан земельные участки. При этом планируется создание до семи населенных пунктов в трех районах Республики (три - в Назрановском, по два - в Сунженском и Малгобекском районах).
Во время командировок Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации на Северный Кавказ были проведены рабочие встречи с Президентами Республики Северная Осетия - Алания, Республики Ингушетия и руководством Администрации Чеченской Республики. В числе других вопросов на этих встречах осуждались проблемы повышения эффективности мер и объединения усилий по оказанию помощи пострадавшим во время конфликтов в северокавказских республиках в последние десять лет.
Во время посещения Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации центра временного размещения "Барт" в г. Карабулах Республики Ингушетия поступило обращение с просьбой содействовать в оказании неотложной медицинской помощи двадцатидвухлетней девушке Т., временно находящейся в палаточном лагере. Она получила серьезную психическую травму во время боевых действий в селе Алхан-Кала Чеченской Республики и нуждалась в безотлагательном стационарном лечении. По договоренности с Руководителем Администрации Президента Республики Ингушетия Мархиевым М.И. и Председателем Комиссии по правам человека при Президенте Республики Северная Осетия - Алания Сидаковым Ю.С. девушка была направлена в больницу г. Владикавказа для прохождения курса реабилитационного лечения.
Во время поездки в августе 2002 года в Чеченскую Республику Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации и Председатель Московской Хельсинкской группы Л.М. Алексеева, сопровождая груз гуманитарной помощи для жителей Чечни, находясь в г. Шали побывали на месте разрушенного дома мирных жителей. Дом был разрушен в результате выстрелов из гаубицы по халатности военнослужащих федеральных войск. Погибли 2 девочки 4 и 7 лет и мужчина, пытавшийся оказать им помощь. Более 20 человек получили ранения и контузии. Возбуждено уголовное дело по ст. 105 ч.2 УК Российской Федерации (убийство). Данное уголовное дело взято на личный контроль Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации и Главной военной прокуратуре предложено информировать по результатам следствия.
Несмотря на прекращение широкомасштабных военных действий, обстановка на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации продолжает оставаться крайне сложной. В 2001 году только в Чеченской Республике участниками незаконных вооруженных формирований совершено 511 преступлений террористического характера (Доклад Генерального прокурора Российской Федерации "О состоянии законности и правопорядка в Российской Федерации и работе органов прокуратуры за 2001 год по пресечению правонарушений", представленный Федеральному Собранию Российской Федерации от 24 апреля 2002г., № 20-4-2002). Такие же преступления продолжались и в 2002 году, как на территории Чеченской Республики, так и на территориях других республик Северного Кавказа. В результате по-прежнему гибнут военнослужащие, ни в чем неповинные мирные жители.
В целях обеспечения правопорядка и общественной безопасности в этом регионе военнослужащие с риском для жизни участвуют в проведении контртеррористических операций по обнаружению и пресечению деятельности террористических организаций и групп. Многие из них гибнут, получают увечья, ранения, попадают в плен, где испытывают на себе бесчеловечные издевательства боевиков.
Так, например, только по данным Главного командования внутренних войск МВД России за период с 1999 по 2002 годы в ходе проведения контртеррористических операций на территории Чеченской Республики и прилегающих к ней районов погибло 950 военнослужащих внутренних войск, а 3284 военнослужащих получили увечья, ранения, травмы и контузии. На памяти у всех гибель в августе 2002 года более чем ста двадцати солдат и офицеров, происшедшая в результате попадания в вертолет ракеты террористов. До настоящего времени не установлены судьбы 643 военнослужащих и других граждан, пропавших без вести или удерживаемых в заложниках. В этих условиях обеспечение прав военнослужащих, принимавших участие в борьбе с терроризмом, должно быть приоритетной обязанностью государства (Информация Главного командования внутренних войск МВД России, вх. № 6215 от 15.10.2002 г.).
Нормативными правовыми актами Российской Федерации за счет средств федерального бюджета для военнослужащих, пострадавших при исполнении воинского долга, и членов их семей установлены следующие выплаты:
· в случае получения военнослужащим в период службы тяжелого увечья (ранения, травмы, контузии) - страховая сумма в размере 10 окладов месячного денежного содержания;
· в случае получения военнослужащим в период службы легкого увечья (ранения, травмы, контузии) - страховая сумма в размере 5 окладов денежного содержания;
· в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы - страховая сумма в размере 25 окладов денежного содержания каждому члену семьи;
· в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы - единовременное пособие в размере 120 окладов денежного содержания в равных долях членам семьи.
К Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации продолжают поступать обращения с просьбой о помощи, пострадавшим от боевых действий в Чеченской Республике. До недавнего времени не имели возможности решить свою жилищную проблему посредством получения государственного жилищного сертификата члены семей военнослужащих, проходивших службу по контракту в Чеченской Республике и погибших в период ее прохождения. В связи с многочисленными жалобами по этому вопросу Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации в ноябре 2001 года обращался к Председателю Правительства Российской Федерации с предложением распространить действие Федеральной целевой программы "Государственные жилищные сертификаты" на упомянутую категорию граждан. Предложения Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации были учтены. Указом Президента Российской Федерации от 22 июля 2002 г. № 770 внесены изменения в Указ Президента Российской Федерации от 30 сентября 1997г. № 1062 "О совершенствовании порядка обеспечения жильем военнослужащих и некоторых других категорий граждан".
После обращения Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации к командующему войсками Северо-Кавказского военного округа был решен положительно вопрос о выделении квартиры семье полковника П., награжденного орденом Мужества за участие в 1996 и 2000 годах в контртеррористических операциях на территории Чеченской Республики (вх. № П-244).
Вместе с тем не всегда обращения Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации удовлетворяются. В адресованном Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации письме матери бывшего военнослужащего внутренних войск Ш. (вх. № Ш-477) была изложена просьба о содействии в оказании квалифицированной медицинской помощи ее сыну, который в течение восьми месяцев проходил военную службу на территории Чеченской Республики. Женщина указывает, что врачи ставят сыну диагноз "Чеченский синдром". Он не спит ночами, кричит во сне, иногда становится очень агрессивным. Это письмо было направлено в Военно-медицинское управление Главного командования внутренних войск МВД России с просьбой оказать помощь гражданину Ш. Однако в помощи было отказано. В связи с этим Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации направлено обращение Главнокомандующему внутренними войсками МВД России с предложением решить данный вопрос.
Военнослужащие при проведении контртеррористических операций рискуют своей жизнью, здоровьем, психическим и физическим благополучием. Между тем, приходится констатировать, что невыплаты компенсационных средств за участие в боевых действиях стали наиболее массовым нарушением прав военнослужащих.
К Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации третий год поступают жалобы от бывших военнослужащих, которым эти суммы не выплачиваются не только при исключении их из списков личного состава, но и в течение длительного периода после увольнения с военной службы, и количество таких жалоб растет.
Имеют место факты многочисленных нарушений прав военнослужащих на своевременное и полное обеспечение "боевыми", которые подтвердились в ходе рабочей поездки Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в мае 2002 года в субъекты Российской Федерации Южного федерального округа.
Например, лишь после обращения Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в Министерство обороны России войсковой частью 44822 в феврале 2002 года были перечислены денежные средства в сумме 65916 руб. военнослужащему Л. за участие в 2000 году в боевых действиях (вх. № Л-248).
Более чем через год после увольнения с военной службы войсковой частью 36035 перечислены "боевые" гражданину Ч. также после обращения Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в военную прокуратуру (вх. № Ч-301).
Только в 2002 году после обращения Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в Главное командование внутренних войск МВД России войсковой частью 6783 перечислены "боевые" за 2000 год в сумме 84240 руб. бывшему военнослужащему П. (вх. № П-818).
По результатам проверок, проведенных по инициативе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, денежные средства за участие в боевых действиях выплачены десяткам бывших военнослужащих. При этом задержки таких выплат составляли от шести месяцев до одного года, а в отдельных случаях и более.
По вине командиров отдельных воинских частей несвоевременно оформлялись и направлялись в Военно-страховую компанию документы на производство страховых выплат.
Так, семья погибшего в Чеченской Республике старшего лейтенанта Ш. (войсковая часть 32515 СибВО) своевременно не получила единовременное пособие в размере 120 окладов денежного содержания.
По вине должностных лиц войсковой части 55642 (СКВО) не были подготовлены и направлены в Военно-страховую компанию материалы на 28 раненых в Чеченской Республике военнослужащих.
Перечисленные нарушения были устранены командованием по инициативе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации и требованиям военных прокуроров.
Права и свободы человека неотчуждаемы и согласно Конституции Российской Федерации принадлежат каждому от рождения. Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации в рамках закона оказывает помощь в восстановлении нарушенных прав. В 2002 году в результате обращений Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в связи с жалобами граждан, пострадавших от преступлений было возбуждено 27 уголовных дел. Отменено 45 постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, 48 постановлений о прекращении уголовного дела и 21 постановление о приостановлении предварительного следствия.
В марте 2002 года Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации было направлено обращение в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации о необходимости внесения изменений и дополнений в Закон РФ "О реабилитации жертв политических репрессий" (от 18 октября 1991 г.). Пробел в законодательстве, образовавшийся в результате признания Конституционным Судом Российской Федерации ряда положений названного Закона неконституционными, был устранен 9 февраля 2003 г. принятием Закона, внесшего соответствующие изменения и дополнения. Это позволило восстановить права 120 тысяч человек, которые теперь признаются жертвами политических репрессий, а не пострадавшими от них, со всеми вытекающими из этого последствиями.
13 февраля 2003 года в Аппарате Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации прошла "горячая" телефонная линия, посвященная защите прав жертв преступлений и террористических актов. В целях правового просвещения населения подготовлен сборник нормативных и официальных документов "Защита прав жертв террористических актов и иных преступлений", Москва, 2003г.
19 февраля 2003 года Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации была организована и проведена упоминавшаяся ранее международная научно-практическая конференция "Защита прав жертв террористических актов и иных преступлений". В работе конференции приняли участие представители Администрации Президента Российской Федерации, Совета Федерации и Государственной Думы Российской Федерации, Совета Безопасности и Генеральной прокуратуры Российской Федерации. Зарубежные участники конференции представляли: США, ФРГ, Украину, Казахстан, Армению. В работе форума приняли участие Уполномоченные по правам человека субъектов Российской Федерации, представители федеральных министерств и ведомств, представители администрации субъектов Российской Федерации и общественных правозащитных организаций.
Итоги работы научно-практической конференции подтвердили, что необходимо принятие федерального закона, который бы защитил социальные права жертв террористических актов и иных преступлений, определил общие для всех жертв террористических актов стандарты оказания им материальной, психологической и иной помощи. Нужно изменить существующую в настоящее время сложную процедуру получения компенсации материального ущерба и морального вреда, причиненного террористическим актом.
Важными направлениями деятельности Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации является участие в совершенствовании законодательства.
Специалистами аппарата, членами Экспертного совета при Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации в 2002 году был разработан проект федерального закона "О помиловании", в котором предлагается более полно учитывать мнение потерпевшего (потерпевших) от преступления в качестве одного из обстоятельств, влияющих на принятие решения о помиловании. Данный проект был опубликован в журнале "Закон" № 4 за 2002 год, обсужден на научно-практических конференциях в городах Владимире, Брянске и Москве. Согласно предлагаемому проекту территориальная комиссия по вопросам помилования либо губернатор при решении вопроса о представлении к помилованию могут запросить мнение потерпевшего (потерпевших) от преступления, которое учитывается в числе других обстоятельств, влияющих на помилование. По мнению ученых и практиков, учет позиции потерпевшего от преступления расширит социальную базу Указа Президента Российской Федерации и будет с пониманием встречен общественностью.
В настоящее время разрабатывается новое положение о порядке рассмотрения ходатайств о помиловании. Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации направлены в Администрацию Президента Российской Федерации предложения о более полном учете мнения потерпевшего при осуществления помилования (исх. № ОМ-4286-2 от 26.02.2003 г.).
В недостаточной степени обеспечивается международная координация действий государств по защите прав жертв террористических акций и иных преступлений. Не созданы идеологические, организационные и материальные предпосылки для восстановления прав потерпевших от преступлений и, особенно, от террористических актов. Требует совершенствования законодательное регулирование защиты жертв преступлений, а также лиц, содействующих уголовному правосудию.
Система государственной и общественной правозащиты жертв преступлений и терроризма нуждается в совершенствовании. До сих пор не развита сеть региональных Уполномоченных по правам человека, особенно в Южном федеральном округе, на который приходится более 90% всех террористических проявлений.
Имеется ряд важных направлений, требующих первоочередного решения в вопросах восстановления прав жертв преступлений и террористических актов на уровне органов государственной власти Российской Федерации и неправительственных организаций.
Необходимо:
· обеспечить подготовку к подписанию и ратификации Европейской Конвенции по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений;
· ускорить процесс разработки и принятия федерального закона, обеспечивающего защиту граждан, действующих в интересах правосудия;
· шире использовать зарубежный опыт социальной и морально-психологической реабилитации жертв преступлений и террористических актов, развитие и применение примирительных процедур при осуществлении правосудия;
· активизировать международные контакты и научные исследования в области защиты жертв преступлений;
· создать гарантии квалифицированной юридической помощи пострадавшим от преступлений, их доступа к механизмам административно-правовой и судебной защиты своих прав;
· обеспечить развитие системы государственного страхования жертв преступлений, учета потерпевших и размера нанесенного им ущерба. Создать специализированный государственный Фонд для выплаты компенсации потерпевшим от преступлений;
· усилить роль государственных и негосударственных правозащитных структур в деле восстановления прав и законных интересов пострадавших от преступлений. Принять акты по развитию системы региональных Уполномоченных по правам человека в Российской Федерации, законодательному закреплению их полномочий и особенностей деятельности;
· поощрять создание и развитие системы негосударственных гуманитарных фондов, ставящих своей целью поддержку жертв терроризма и преступности. Разработать комплекс правовых и организационных мер, направленных на предоставление определенных льгот организациям - донорам, оказывающим реальную помощь потерпевшим от терроризма и иных преступлений.
Необходимо так же сформировать идеологию защиты прав жертв преступных посягательств, включая террористические акции, обеспечить в рамках данной идеологии особо бережное отношение к пострадавшим со стороны государственных органов, в том числе правоохранительных структур, средств массовой информации, общественных объединений и граждан.
Хочется верить, что Русская православная церковь, следуя своим вековым традициям, все религиозные конфессии России будут оказывать благотворительную помощь и поддержку жертвам террористических акций и иных преступлений.
Необходимо, чтобы средства массовой информации активнее содействовали восстановлению прав и законных интересов жертв преступлений, предавали гласности факты нарушений их прав со стороны бюрократических структур, пропагандировали принципы сострадания и поддержки пострадавших.
Долг каждого человека, и особенно тех, кто оказался в непростой жизненной ситуации жертвой преступления, проявлять свою гражданскую позицию, защищать свои права и законные интересы, используя для этого как национальные, так и международные правовые механизмы.
Коренным образом изменить отношение государства и общества к проблемам жертв террористических акций и иных преступлений - актуальная задача нашего времени.
Преступность и ее крайнее проявление - терроризм - могут быть преодолены только совместными усилиями мирового сообщества, всех структур нашего государства и его граждан.
Уполномоченный по правам человека
в Российской Федерации
О.О. Миронов
"20" марта 2003 г.