Директору
Федеральной службы
исполнения наказаний

Калинину Ю.И.

Уважаемый Юрий Иванович!

Анализ жалоб лиц, находящихся под стражей по подозрению или обвинению в совершении преступлений, свидетельствует о необходимости решения вопроса о конкретизации части 3 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в части дифференциации зачета времени содержания их под стражей до судебного разбирательства в срок лишения свободы в зависимости от назначенного им по приговору суда вида исправительного учреждения.

Предварительное изучение названного уголовно-правового института вызывает сомнения в правильности определения порядка зачета времени содержания подозреваемых и обвиняемых под стражей только в срок назначенного им наказания и соблюдения при этом прав человека.

В настоящее время правила о зачете наказания, предусмотренного указанной уголовно-правовой нормой, исходят исключительно из вида уголовного наказания без учета при этом вида исправительного учреждения и условий содержания в нем осужденных к лишению свободы.

Вместе с тем, лица, находящиеся в следственном изоляторе в качестве подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений (некоторые из них содержатся длительное, исчисляемое годами, время), подвергаются наиболее жестким ограничениям своих прав и свобод по сравнению с осужденными, отбывающими наказание в колонии-поселении или колонии общего режима.

Режим их содержания фактически не отличается от тюремного, а регулирование отдельных его условий, касающихся жизнеобеспечения лиц, не признанными виновными в совершении преступлений, представляется даже более жестким (в части предоставления прогулки, их питания и свидания с родственниками).

Например, продолжительность прогулки лиц, находящихся под стражей в следственном изоляторе, ограничивается ее минимальным пределом, составляющим один час (пункт 134 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.05 № 189).

В то же время осужденные, отбывающие наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии особого режима и в тюрьме, имеют прогулку продолжительностью не менее полутора часов.

В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.04.05 № 205 «О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время» количественные размеры ряда продуктов питания, предназначенных для лиц, вина которых в совершении преступления еще не доказана, являются более низкими, чем для осужденных к лишению свободы.

Количество свиданий с близкими родственниками и иными лицами для лиц, отбывающих лишение свободы в исправительной колонии и в тюрьме, регламентировано Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации.

Вместе с тем, количество свиданий подозреваемых и обвиняемых, находящихся в следственном изоляторе, хотя и предусмотрено статьей 16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», однако полностью зависит от личного усмотрения дознавателя или следователя, в производстве которого находится уголовное дело.

Учитывая, что Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации как основополагающий в сфере осуществления уголовного судопроизводства законодательный акт не содержит оснований, руководствуясь которыми дознаватель или следователь может предоставить подозреваемому и обвиняемому право на свидание с родственниками либо отказать в нем, оно фактически не имеет своего правового регулирования.

В то же время подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственном изоляторе, и осужденные к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима или в тюрьме уравнены между собой как в части их размещения в помещениях камерного типа где они принимают пищу, так и в части их материально-бытового обеспечения

Напротив, условия отбывания лишения свободы в колонии-поселении кардинально отличаются от условий содержания подозреваемых и обвиняемых, находящихся в следственном изоляторе.

Осужденные к лишению свободы, отбывающие наказание в колонии-поселении, свободно передвигаются в пределах ее территории; с учетом характера выполняемой ими работы, а также в связи с получением образования они могут также свободно передвигаться и по территории административно-территориального образования, в пределах которого она находится.

Не ограничена эта категория осужденных и в количестве свиданий с родственниками и другими лицами, а также 'их продолжительностью; более того, они могут проживать со своими семьями в арендуемых или приобретенных в собственность жилых домах (помещениях).

Таким образом, условия отбывания лишения свободы в колонии-поселении по своему характеру фактически приравнены к условиям, которые установлены статьей 50 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в отношении осужденных к ограничению свободы, тогда как подозреваемые и обвиняемые, находящиеся в следственном изоляторе, подобными правами не обладают.

Кроме того, положениями части 3 статьи 72 и 103 Уголовного кодекса Российской Федерации не воспринято и правило, установленное пунктом 9 части 1 статьи 308 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о зачете времени нахождения подозреваемого и обвиняемого в медицинском стационаре.

Принимая во внимание, что в результате внутренних противоречий в регулировании данных правоотношений права подозреваемых и обвиняемых оказываются ущемленными, обращаюсь к Вам, уважаемый Юрий Иванович, с просьбой сообщить Ваше мнение о возможных мерах по осуществлению защиты лиц, не признанных еще судом виновными в совершении преступления, имея в виду предлагаемую конкретизацию положений упомянутых законодательных норм, регулирующих уголовно-правовой институт зачета наказания и правила предоставления свиданий.

С уважением,
В.П. Лукин

/февраль 2007/